Среди языковедов сложилось устойчивое мнение, что в трудах философов, исследующих аксиологические и деонтологические понятия, их определения сближаются с анализом и определением значений слов в лингвистической и, в частности, лексикографической практике; имеется определенное сходство и в методах анализа, которыми пользуются философы и языковеды. Именно поэтому автор настоящего исследования считает целесообразным использование при рассмотрении семантики слов со значением оценки наблюдений и размышлений философов, логиков, психологов, не вошедших в лингвистический оборот. Как представляется, выяснение сущности оценки как языковедческой категории также требует анализа философских концепций. Н.Д.Арутюнова представляет обзор наиболее важных, по ее мнению, философских либо лингвофилософских теорий, которые включают элементы концептуального анализа слов с семантикой оценки. Этот анализ проф. Н.Д.Арутюнова осуществляет в проекции, главным образом, на западноевропейскую философскую мысль в исторической перспективе, что позволяет сохранить целостность каждой концепции. Исследовательница рассмотрела в названном аспекте и труды по этике античных мыслителей, прежде всего, работы Аристотеля. Мы не предполагаем повторения сделанного Н.Д.Арутюновой и отсылаем читателя к ее монографии¹.Однако следует подчеркнуть, что категория оценки настолько сложная и многоаспектная, что даже при отборе одних и тех же философских трудов под углом зрения отражения в них аксиологических и деонтологических проблем трудно повториться. Так, Н.Д.Арутюнова справедливо отмечает, что “поиск свойства “хорошести”, напоминающий поиск философского камня, вовлек в круг внимания все виды оценок, в том числе гедонистические, эстетические и утилитарные”².

Исследовательница отмечает, что “рассмотрение философского и логического опыта в его исторической перспективе покажет, как постепенно выявлялся тот концептуальный контекст, относительно которого формулировались дефиниции аксиологических предикатов, а также семантическая специфика этих последних”³.

К 15 столетию византийско-христианский тип философии, который определял содержание духовной жизни в Украине, исчерпал себя. Начинается новый этап. Наблюдается распространение неоплатонизма в его христианском варианте, чему способствовало знакомство с трудами Псевдо-Дионисия Ареопагита. Добро определяется как познание Божественного. Но в Украине распространяется новое учение – исихазм, что заставляет отвлечься от неоплатонического представления о космической иерархии. Идеальным считается поведение, когда человек сосредотачивает сознание на самом себе – это и есть путь к единению с Богом. Итак, появляется новая модель, новый эталон поведения: желаемое единение с Богом (Благодать) достигается способом углубления человека в себя, то есть высокой оценки заслуживает осмысление внутреннего духовного мира человека. Хорошее и плохое определяется сквозь общий для каждого из этих понятий психологический коррелят, который с течением времени изменяется. Находит более широкое распространение лексика, обозначающая внутреннее состояние человека, появляются новые лексико-семантические варианты, которые служат для номинации психологических состояний человека. Количество слов, а также их лексико-семантических вариантов на обозначение эмоционального, эстетического, утилитарного, интеллектуального типов оценки увеличивается.

В это время в Украине появляются ученые, занявшие достойное место в плеяде представителей европейской культуры: Павел Русин из Красна (год рождения неизвестен – умер в 1517 г.), Ю. Котермак-Дрогобыч (около 1450-1494 гг.), Лукаш из Нового Города (умер около 1542 г.), Станислав Ореховский Роксолан (1513-1566 гг.), Туробинский-Рутенец Иван (1511-1575), Григорий Чуй Русин (около 1523-1573 гг.) и другие. В понимании проблем аксиологии названные ученые опирались на предыдущий опыт украинских философов и учение античных мыслителей. В их теории прекрасное – это прежде всего природа. Среди наивысших признаков, которые характеризуют человека, - достоинство личности, ее свобода, идеал социальной справедливости, чувство ответственности за свои действия. Предметом положительной оценки становится, прежде всего, не величие и древность рода, титул, а честь, талант, разум, способности, которые определяются по стремлению к “деяниям великим”, “трудам неизмеримым”, которые единственно могут указать путь людям к настоящему счастью (высшей Благодати). С.Ореховский обосновывает необходимость гармонии, единение “разума с силой”; его мысли совпадают с утверждениями европейских гуманистов того времени о том, что мудрость человека только тогда заслуживает высокой оценки, когда она находится в гармонии с другими положительными качествами человека, приобретенными в процессе воспитания и образования. Таким образом, при определении идеала человека первое место занимают такие признаки, как образованность, воспитанность, разум, патриотизм, служение государству, общественная активность. С.Ореховский представляет качественную градацию состояния граждан в государстве: наиболее важным является ксендз и король, на более низкой ступени “полезных” слуг находятся купцы, ремесленники и крестьяне. Образ идеального монарха, как и у Платона, - это “философ на троне”, которому свойственны мудрость, справедливость, мужество и милосердие. В философии украинских мыслителей этого периода число “три” получает самую высокую оценку, поскольку единым является трехипостасное Божество.

Среди наиболее известных представителей философской мысли Украины 16-17 ст. почетное место занимает Иван Вышенский (1550- 1620гг.). Опираясь на идеи Псевдо-Дионисия Ареопагита, Иван Вышенский разрабатывает понятие отрицательной оценки. Отметим, что до этого периода больше были разработаны понятия положительной оценки и, естественно, языковые средства их выражения – предикаты положительной оценки. Так, Божественный мир как мир истины и добра традиционно противостоит у него миру земному, такому, в котором царствует зло, жестокость, дух наживы, неправды, насилие, предательство, коварность. Среди всего мира зла, населяемого разными народами, самой плохой является та земля, на которой живет его родной народ, которого предали духовные и светские предводители, поставив под угрозу собственно факт существования своего народа. Здесь наблюдаем проявление национальной формы оценки. Слова, обозначающие национально специфические понятия и предметы, приобретают высокую положительную оценку. Среди личностных ценностей человека наиболее значительными, по И.Вышенскому, являются свобода воли, что обуславливает и ответственность человека за выбор жизненного пути, чувства долга, концепты которых и разрабатываются ученым. Проявлением злого считается неправда, ложь, “прелесть” (первоначально имело значение отрицательной оценки, ср.: “прелесть, прелестный”, стар. знач. “прельщающий, обманный”, ср. речи прелестные, Горе-Злосчастие (Гудзий Хрестом, 369). От пере-, пре- и лесть. Данная форма заимст. из цслав.(Бернекер 1,755). Ср. прельстить”⁴), которые заключают неистинные, поверхностные знания, отражающие минутное, непостоянное, проходящее. Концепт мудрости как проявление добра Иван Вышенский не связывает с образованностью и воспитанностью, более того, он утверждает, что наука его времени по своей сущности является ложной, неспособной раскрыть “таинства правды”. Ученый считал невозможным свести все оценочные предикаты к одному семантическому знаменателю из-за непостоянности сфер их применения в связи с субъективным характером человеческого сознания. Мыслитель рассуждает о специфике эмоциональной сферы человека и выделяет такие ее параметры, как желание, любовь, презрение, радость, горе. По этим параметрам также определяются понятия добра и зла, но это уже формирование типа эмоциональной оценки. И.Вышенский обозначает плохое и хорошее через модус желания и отвращения и придает им статус признаков объекта. Добро приравнивается к желаемому, зло – к нежелаемому. Человек, по его мнению, высоко оценивается только по уровню своей духовности. Именно на этом основании Вышенский строит несколько странную “апологию глупоты”, под которой ученый понимает возвращение человека к предыдущему состоянию его сознания, когда он был более простым, но чистым, творчески образованным. В связи с этим названному автору принадлежат парадоксальные, с точки зрения выражения категории оценки на уровне суждения (предложения), строчки: “Если кому-либо из вас покажется, что он мудр в своем возрасте, пусть станет неумным, чтобы быть премудрым” (перевод наш – Т.К.)⁵. Это значит, что следует вместо суетных мудрости и разума построить “мирской… разум духовный – простой, смиренный, покорный и молчаливый”, а человеку нужно жить жизнью бесхитростной, простой, миролюбивой, а не гордой, злой, своевольной. И.Вышенский представляет отрицательную оценку существующего строя, исповедуя путь к идеальному государству. Мыслитель оставил после себя творческое наследие, отражающее коммуникативные акты, жанр которых требует реализации языковых средств для выражения категории оценки. Это прежде всего “Совітування про благочестя”, а также его “Книжка” с названиями глав, которые являются развернутыми оценочными тезисами: глава 1 “Відкриття диявола – світодержця і звабної його ловитви цього скоропогибного віку, учинене від голяка-мандрованця, котрий вирвався з хитросплетених його тенет і простує до другого, майбутнього віку”, глава 2 “Благочестивому государю Василю, князю Острозькому і православним християнам Росії, як духовним, так і світським від найвищого стану й до найнижчого, хай зійде на вас благодать, милість, мир і радість духу святого у ваші серця від триіпостасного божества отця, і сина, і святого духу – сердечно бажає Іоанн, чернець із Вишні від святої Афонської гори”, глава 3 “Хай буде відомо вам, правовірним,як через це попущені ми в ту спокусу, оскільки всі поселенці Малої Росії поєретичилися і далеко відсторонилися від Бога, припрягши до невір’я і зле життя. А тому повернімося назад до Бога, хай Бог до нас наблизиться, він-бо завжди близько є; гріхи ж наші нас далеко відлучають од нього. Отож, покаймося самі у своїх гріхах, кожен суд собі учинивши, по тому і благочестя правовір’я нашої церкви як виправити пораду вам істинну і неблазенну даю” и другие. В текстах трудов философа наблюдаем нагромождение лексем с семантикой оценки (существительных, прилагательных, глаголов), при этом автором используется императивная модальность и интенсиональные определения. Ср. текст из главы 9 “Книжки” под названием “Слід до осягнення та вивчення мистецтва, яке приводить до царюючої безсмертної та вічної правди”, в которой осуждается латинская система образования и предлагаются постулаты (“следы”), которые должны привести к истинному добру: ”Когда кто-либо пойдет этим следом, выискивая бессмертную правду, научится и найдет самую прекрасную и самую светлую эту правду и увидит в ней воскрешение предыдущее общему воскрешению и все таинства, каких язык, по словам Павла, высказать не может, и не достигнет, и не осмыслит. Когда же иначе кто захочет и попробует достигнуть и осмыслить таинство правды – сквозь внешнее учение правды, то будет блуждать в антихристовой гордыне и соблазне, куда и латинский род приблизил, или в иные ереси упадет того же мастерства – выдумки князя мистра-дьявола, сына геенного, блазнителя века этого – от него пусть все сбережет Христос благословенною простотою”⁶. И.Вышенский отрицательно относится не только к светскому образованию, но и к народным старинным обычаям, которые называет “поганскими”. Мыслитель отошел от идей гуманизма, возможно, именно поэтому в его трудах нашла более активное описание отрицательная форма моральной, эмоциональной и эстетической видов оценки. В своем творчестве, как видим, философ пользовался жанрами научного послания, диалога и полемического трактата, которые наиболее способствуют языковому выражению категории оценки. Он рисовал разнообразные, часто гиперболические образы морального падения высших слоев общества, в частности духовенства. Эмоциональная возвышенность, чувственность чередуются в его произведениях с острой сатирой и сарказмом. Усиливает выражение оценочного значения чрезмерная насыщенность текста эпитетами и призывами, ироническое представление бытовых деталей, при этом используется богатство живой народной речи, - все это вместе взятое придает тексту произведений И.Вышенского особенной яркости и эффектности.

Иван Вышенский полемизирует с деятелями братских школ, которые представляют тенденцию, противоположную взглядам Вышенского. Среди деятелей братств следует назвать Лаврентия и Стефания Зизаниев, Мелетия Смотрицкого, Памву Берынду и других. Братства распространяют и пропагандируют произведения греко-византийских авторов, идеи которых, как отмечалось, не воспринимал Иван Вышенский. В книге “Алфавіт духовний” И. Копинского поставлена проблема человеческого идеала, рассматриваются вопросы морального, интеллектуального и духовного воскрешения человека, что передается интенсиональными гедонистическими дефинициями: понятие оценки подается в антропоцентрическом ракурсе – от человека к миру. Человек должен сосредоточиться не на внешней природе, а на осмыслении собственной сущности. “Концепция самоосознания, - как отмечает В.С.Горский, - приводит И.Копинского к разработке теории “умного делания”, которая предвидит прохождение человеком науки определенных этапов на пути к единению с Богом. Ими являются моральное самосовершенствование, труд, который становится потребностью и радостью, отречение от мира телесных вещей, очищение и просветление разума, самоуглубление и, наконец, познание Бога и единение с ним. Большое значение при этом имеет разум человека”⁷.

Второй более трудный этап деятельности братских школ связан с тем, что его представители более активно обращаются к западноевропейской философии. В этот период возрастает интерес к познанию природы, общества, то есть начинают тщательнее разрабатываться каузальные гедонистические дефиниции, которые представляют оценку на пути - от мира к человеку.